Героиня нашего сегодняшнего интервью Екатерина Волкова — известная российская актриса театра и кино, а также разносторонняя личность, счастливая мама и бабушка и невероятно красивая женщина. Она поделилась историей своего творческого и жизненного пути, интересными случаями, произошедшими с ней на съемочной площадке, и планами на будущее, а также рассказала о том, что вдохновляет ее и дарит силы.
— Екатерина, Вы — успешная актриса, за время своей карьеры снявшаяся более чем в 100 кинофильмах и телесериалах. Расскажите нам, пожалуйста, с чего начался Ваш путь в отечественный кинематограф? С какими трудностями Вы столкнулись в начале карьеры актрисы?
— В начале творческого пути заявить о себе бывает непросто. Однажды мне позвонили из ГИТИСа и сообщили, что Юрий Грымов ищет красивую девушку — главную героиню для своего нового фильма. Знакомые порекомендовали ему меня — в то время я играла роль Маргариты в нашумевшем спектакле под руководством Марка Захарова «Мастер и Маргарита», который имел большой успех. И вот я пришла на прослушивание в 39-ую аудиторию на режиссерско-актерском факультете и была сразу утверждена: так, в 2000 году состоялся мой актерский дебют в драматическом триллере «Коллекционер».
Конечно, на моем пути встречались и сложности, особенно когда ты только начинаешь и еще не понимаешь, что такое кино и как работать с камерой. Однако я продолжала учиться и развиваться: благодаря моему великому наставнику, партнёру и «кинопапе» Алексею Васильевичу Петренко, а также опытным актерам Анне Мазуркевич и Евгению Цыганову, учиться стало намного проще.
Не секрет, что в молодости каждый надеется, что его талант заметят и он проснется звездой. Возможно, в советское время так и было, но, скорее всего, даже тогда успех не приходил сразу. В итоге я просто доверилась судьбе, как бы сложно ни было в начале пути.
Затем меня познакомили с Александром Абдуловым, который стал, своего рода, проводником в моей жизни. Появилась и Лариса Штейнман (у нее был роман с Александром Гавриловичем), которая рассказала мне о предстоящей встрече с режиссером Сергеем Соловьёвым в Доме кино и о возможности встретиться в артистическом буфете с Александром Абдуловым, Олегом Янковским, Сергеем Степанченко — это, конечно, всё равно что вытащить лотерейный билет!
Оглядываясь назад, я могу сказать, что случайности не случайны, и мой жизненный путь подтверждает эту мысль. У меня, девушки из Тольятти, не было так называемой «мохнатой лапы» — связей, но я решила рискнуть и отправиться в другой город, чтобы осуществить свою мечту. Именно благодаря этому решению я нашла своё призвание: актриса — это судьба.
— Мы знаем, что профессии Ваших родителей были связаны с наукой: мама на момент Вашего рождения была врачом и заведующей экстренной лабораторией, а папа — инженером. Почему Вы решили посвятить свою жизнь творчеству? Что вдохновило Вас попробовать свои силы в актерском искусстве?
— Тольятти нельзя назвать театральным городом, да и я была не сильно увлечена театром в детстве, но была очень музыкальным ребенком — знала наизусть много песен и занималась музыкой с пяти лет. Я окончила детскую школу искусств и музыкальное училище, а в студию актерского мастерства при театре «Колесо» я пришла по объявлению, которое моя мама увидела в нашей местной газете.
Однажды, когда мне было лет восемь, мама отвезла меня в Москву — я всегда мечтала там побывать. Мы отправились в столицу и остановились в гостинице «Измайлово». Помню, мама купила билеты на спектакль «Мэри Поппинс» в Театре имени Ермоловой — это произвело на меня огромное впечатление.
Я помню, что после спектакля умоляла маму зайти в шляпный магазин на Тверской и купить мне шляпку, как у Мэри Поппинс. И вот я, счастливая, иду в этой фетровой шляпке, захожу в метро. Осень, дождик моросит, мокрый мрамор под ногами… и вот дверь в метро открывается от сквозняка, и эта шляпка с меня слетает — такой некий стоп-кадр, который я вспоминаю с особым трепетом. Это было для меня, своего рода, знаком, что Москва всё-таки станет для меня началом новой удивительной истории в моей жизни.
— Екатерина, какое событие в своей жизни Вы считаете поистине поворотным и повлиявшим на Ваши известность и успех?
— Думаю, повышенное внимание со стороны СМИ было отчасти связано с моим браком с Эдуардом Лимоновым — не могу полностью исключить этот фактор. Но к тому моменту я уже была довольно известной актрисой, снявшись во множестве проектов, включая главную роль в фильме Сергея Соловьева «О любви» по мотивам рассказа А.П. Чехова. И моя роль в сериале «КГБ в смокинге», который мы снимали в четырех странах, также привлекла много внимания со стороны зрителей — плакаты с моим изображением висели по всей Москве.
Конечно, наша встреча с Эдуардом была знаковой. Незадолго до знакомства с ним как с мужчиной я познакомилась с ним как с невероятным писателем и была просто очарована его литературным героем. И та же Лариса Штейнман, которая, как я уже говорила, исполнила свою судьбоносную роль в моей жизни, вдруг звонит и говорит мне: «Пойдем на выставку Вильяма Бруя?». А я как раз прочитала «Укрощение тигра в Париже» и была просто влюблена в литературного героя — Эдичку. И я согласилась. И вот, зайдя в выставочный зал, я увидела там его, а он заметил меня и спросил: «Кто Вы?». Впоследствии Эдуард часто говорил мне, что я появилась словно видение из его прошлой или будущей жизни. Так мы и познакомились (улыбается).
Конечно, для меня Эдуард был писателем, который покорил моё сердце. Меня очаровала его искренность и великолепный русский язык. Да, в нем встречалась и нецензурная лексика, но она только добавляла эмоциональности его произведениям. Я тогда подумала: «Надо же, как человек может любить, так сильно и страстно!».
А потом, когда мы уже начали встречаться, сидя у него на кухне в «Сырах» — на Сыромятническом переулке, где он снимал квартиру, я увидела машинку, которой он сам себя брил. И тогда я сказала ему, что давно хочу постричься налысо, чтобы избавиться от своих пересушенных и обесцвеченных волос, которые стали такими после многочисленных окрашиваний ради смены образов. И мы это сделали — конечно, наше появление на публике вызвало огромный резонанс, а в каждой газете появились наши с ним фотографии.
— Из Вашей биографии мы узнали, что в жизни Вы столкнулись с предательством близких людей, с отсутствием поддержки и даже с насилием со стороны первого мужа, который был категорически против Вашей актерской карьеры. Что помогло Вам поверить в себя в тот момент и не отказаться от своего призвания?
— Я считаю, что всё в жизни происходит не просто так. Каждый наш опыт, с которым мы сталкиваемся на своем пути, дается нам для того, чтобы мы его приняли и поняли, что он значит для нас. Я очень благодарна всем этим урокам и учителям.
Мне кажется, что события, в том числе связанные с насилием и предательством в моей жизни, тоже имели свою цель. Возможно, чтобы укрепить мою гордость и упрямство, которые достались мне в результате смешения разных кровей, ведь во мне течет русская, мордовская и чеченская кровь — гремучая смесь! Но именно мои волевые качества научили меня быть сильной и идти вперёд, несмотря ни на что.
— Мы знаем, что профессия актера связана с определенными сложностями: заучивание больших объемов текста, непростые условия на съемочной площадке — мы прочитали, что на съемках фильма Ивана Дыховичного «Вдох-выдох» Вы перенесли огромный стресс, когда по сюжету должны были уйти под воду озера в гидрокостюме. Случались ли в Вашей жизни другие подобные истории?
— В начале моей актерской карьеры, когда я впервые снималась в кино, мне делали маникюр, наращивали волосы, экспериментировали с линзами, всякую красоту на меня надевали. Я думала: «Боже мой, какое счастье!». Но потом, когда на меня надевали гидрокостюм и заливали внутрь него теплую воду, ощущения были уже не такими приятными (улыбается).
И вот ты заходишь в илистое озеро, погружаешься на счёт «три» и считаешь до определенного числа, затем выныриваешь, а камера уже ждет твоего появления крупным планом. Конечно, это шок. Особенно, когда в один прекрасный момент во время первого дубля у тебя вдруг начинает предательски всплывать сначала парик, а затем — плащ, и тут раздаётся команда в громкоговоритель: «Положите в карманы актрисы кирпичи!». Начинается съемка второго дубля, и тебе уже кажется, что сил нет, потому с утяжелителями тебя засасывает на дно еще больше, а тебе нужно исполнить свою роль и еще суметь выйти на берег.
Бывали и такие моменты, когда самостоятельно исполнить роль просто невозможно, и тогда на помощь приходили каскадеры. Например, во время съемок одного из трюков в картине «Вдох-выдох» мы с Игорем Миркурбановым должны были, обняв друг друга, падать в воду в лифте. Признаюсь, было очень страшно. Или в «Нексте», когда моя героиня попадает в аварию и, как спящая красавица, половину сериала лежит в коме.
Конечно, трюки, маты и специальное оборудование — это всё очень интересно. Поначалу ты говоришь, что я, как Том Круз, все смогу сама, и мне не нужны каскадёры. Но со временем я поняла, что каскадёры — это всё-таки не просто профессия: это люди, которые обеспечивают безопасность актеров. Потому что в жизни случаются моменты, которые от тебя никак не зависят.
Например, у меня тоже был неприятный случай во время спектакля «Мастер и Маргарита» на дипломном курсе Марка Захарова — многие связывают это с мистикой, которую обычно присваивают творчеству Михаила Афанасьевича Булгакова. По сценарию в спектакле был эффектный момент, когда я должна была оттолкнуться от трехметрового пандуса и с чувством прокричать фразу: «Я хочу, чтобы мне сейчас же, сию секунду, вернули моего любовника, мастера!». Все в команде твердили, что поймают меня, но из-за того, что страховочных тросов не было, я упала на колени и заработала прогиб позвоночника с переломом поперечного отростка пятого позвонка. После этого случая я долго восстанавливалась и носила жесткий корсет: слава Богу, что все закончилось хорошо.
— А что вообще для Вас является самым сложным в жизни знаменитости? Как относитесь к повышенному вниманию со стороны?
— Это, конечно, сложно, хотя с одной стороны и приятно. Представьте себе: ты приходишь в магазин в любом городе — в кроссовках, в трениках, ненакрашенная, но тебя все равно узнают. Недавно тут зашла за сыром сулугуни на даче — мой внук очень его любит. Спрашиваю у продавца-армянина, свежий ли? А он мне: «Бог мой! Екатерина Волкова! Дайте я Вас расцелую!». И выходит из-за прилавка.
Разумеется, есть в жизни такие моменты, когда хочется просто закрыться и стать незаметной, вдохнуть в себя глоток свободы, не соответствуя чьим-либо ожиданиям. Просто побыть мамой, бабушкой и дочкой, садоводом и любителем кошек и собак. Но я понимаю, что моя профессия — дарить радость зрителям, для которых я тоже становлюсь родной в каждом доме и телевизоре. А после спектакля на служебном входе меня всегда ждет человек тридцать, и я, отработав три часа на сцене, вынуждена еще минут сорок потратить на раздачу автографов и фотосессию.
Как-то раз мы работали с Юрием Стояновым — очень уважаемым мною артистом. Мы вышли с ним на улицу — я стою и смотрю на него, ловлю каждое его слово. И вдруг толпа людей его окружает, и все начинают просить с ним сфотографироваться. И он никому в этом не отказывает. Я спросила его потом, мол, а почему Вы не сказали «нет»? А он ответил: «Катюшенька, ты пойми, что мы работаем для людей. Мы, как врачи, только лечим не тело, а душу». Эти слова до сих пор звучат во мне. И как бы я ни устала, даже в самые тяжелые моменты, стиснув зубы, я искренне улыбаюсь и иду навстречу своему зрителю.
— Что Вы испытываете, выходя к зрителю? Есть ли у Вас какой-нибудь так называемый «ритуал» перед выходом на сцену в театре?
— Как-то раз я вела церемонию награждения, на которой присутствовали знаменитые артисты. И за кулисами стояла великая Светлана Крючкова — ей нужно было выручить приз Александру Михайлову. И она крестилась, вы понимаете? Столько лет на сцене и в кино, и такой «ритуал»! И я тоже это делаю. Говорю: «Господи, спаси и сохрани». Потому что, даже если ты миллион раз прочитал текст и выучил свою роль так, что слова от зубов отскакивают, человеческий фактор никто не отменял — на сцене и на съемках может произойти все что угодно.
Я считаю, что незримая поддержка Бога — это не глупость, поскольку Он — наше единственное пристанище. Когда нам плохо и некуда идти, когда нас предали или в жизни случилось что-то ужасное, мы обращаемся именно к Нему. Господь говорит нам: «Не убей, не воруй, возлюби ближнего своего, не укради» — Он всегда хочет, чтобы человек стремился к лучшей версии себя.
— Из Вашей биографии мы узнали, что Александр Абдулов когда-то сказал Вам фразу, которую Вы запомнили на всю жизнь: «Первые 20 лет работаешь на свое имя, а потом имя работает на тебя». Что Вы думаете по этому поводу? В Вашем случае сказанное актером совпадает с действительностью?
— Да, сто процентов. Вообще, я нахожусь в условиях достаточно жесткой конкуренции, поскольку у меня очень распространенная фамилия. Я отработала в кино двадцать лет, как вдруг на сцене появляется другая Волкова, и нас начинают путать. Я негодовала: «Господи, где же этика?», и была этим крайне недовольна, считая неправильным появление в профессиональном сообществе второй актрисы с такой же фамилией, как у меня. Не может на звездную дорожку выходить две Анджелины Джоли — этот бренд уже занят.
Безусловно, оплата моего съемочного дня напрямую зависит от этих двадцати лет, ведь все это время я училась и вкладывала в свое имя, завоевывая зрительскую любовь и приобретая ценность. И что же я делаю? Ответ прост: я работаю так, чтобы не быть одинаковой. Поэтому сейчас я не боюсь конкуренции, потому что для меня есть одна Екатерина Волкова (улыбается).
— Вы ведь также продвигаете собственный бренд одежды Wolka. Можно ли утверждать, что Ваша известность так или иначе влияет на спрос и объемы продаж?
— В 2014 году я решила основать собственный бренд одежды — это желание возникло у меня ещё в раннем детстве. Мне всегда хотелось иметь возможность одеваться красиво и со вкусом, но финансовое положение нашей семьи этого не позволяло: мама работала врачом, папа — инженером, а старший брат учился в медицинском институте. В то время в стране ощущался дефицит товаров и, признаюсь честно, родители постоянно на мне экономили (улыбается). И тогда я научилась создавать себе красивые образы буквально из ничего: поясок на растянутый свитер или капор на пуговке из старого капюшона вместо шапок, которые я терпеть не могу.
Так я и создала «Wolka» — реализовывать проект будет помогать моя старшая дочь Валерия, которая сейчас находится в декретном отпуске. Нам хочется предложить покупателям что-то принципиально новое и громкое — я надеюсь, что в скором времени Лера приступит к работе, полная сил, интересных идей и вдохновения. Так здорово, когда есть семейный бренд, мы же Волковы (улыбается).
— Екатерина, в завершении интервью хотелось бы задать Вам вопрос. Вы успешно совмещаете съемки в кино и участие в спектаклях, антрепризы и рейтинговые проекты, а также семью и материнство, являясь многодетной мамой и счастливой бабушкой двух маленьких внуков. Кроме того, Вы отлично разбираетесь в музыке, поете, пишете песни и любите проводить свободное время, принимая участие в музыкальных мероприятиях. Как Вы всё успеваете и что помогает Вам оставаться в балансе? Раскройте Ваш секрет.
— Да, вы правильно заметили. Помимо всего этого, у меня ещё есть два музыкальных коллектива в рок-направлении — мы исполняем авторские программы и каверы. А мной лично написано много песен, которые мои фанаты знают наизусть и исполняют на наших концертах — это, конечно, ни с чем не сравнимые ощущения.
Не стоит забывать и о том, что по первому образованию я — музыкант. Когда меня спрашивают, какая моя песня самая любимая, я не могу ответить на этот вопрос, потому что все мои песни для меня, как дети. Весной, в знаменитом московском клубе «16 тонн» состоялся мой юбилейный концерт — как долго я мечтала собрать своих поклонников именно в этом месте! И, знаете, на самом деле все мои мечты сбываются, Слава Богу: мне предоставили эту площадку и приехало более ста гостей, в том числе моих фанатов, которые вдруг запели мои песни!
Как я все успеваю? Когда партитур становится много, важно, чтобы окружающие тебя не тормозили, а становились твоими помощниками. Такие люди появились и в моей жизни, потому что одна я не справляюсь. У меня есть команда, поэтому иногда я могу вырваться в отпуск, когда мне нужно восстановиться или побыть с детьми, внуками и родителями. Или побыть одной, что для меня просто чрезвычайно важно. Может быть, это связано с тем, что по знаку Зодиака я — Рыбы. Говорят, что лучший способ восстановить свои силы для них — это просто помолчать. Я трачу колоссальное количество энергии на сцене, испытываю стресс и волнуюсь перед каждым выступлением, хоть в это и сложно поверить, поэтому я стараюсь не забывать об отдыхе и наполнять себя вдохновением.
Я благодарна судьбе за то, что у меня есть мои люди, без которых я — ничто. В жизни, в театре, в бренде — это мои соратники и товарищи, которые верят в меня и мое имя. И я рада, что человек, столкнувшись с моей работой в кино или на сцене театра, выходит после спектакля и становится немного лучше. Рада, что мое творчество вдохновляет на что-то хорошее и дарит зрителю уверенность в том, что и он сам может добиться очень многого, если захочет. Если захочет (улыбается).
